Понимание принципов дезинформации – правило №1 для борьбы с общественными заблуждениями и невежеством

11.03.2018

В современном мире поверхностное понимание принципов работы дезинформации, а также ее целей, приемов и средств, становится глобальной проблемой для атакуемых обществ и уязвимых социальных групп. Однако 4 предыдущих года работы дали значительный результат в борьбе с дезинформацией; теперь мы занимаемся тем, что последовательно улучшаем и углубляем понимание тактических механизмов дезинформационных кампаний и обстоятельств, которые им благоприятствуют. В целом у нас накапливается все больше навыков по раскрытию схем распространения и манипуляции информацией, направленных на углубление раскола в обществе, хотя мы располагаем все еще малой частью конкретных фактов, проанализированных данных и исследований, заслуживающих доверия. К тому же, мы не имеем права допускать самоповторений и спекуляций.

Существует 4 главных риска в переоценке или недооценке эффектов дезинформации:

  1. Разоблачение «фейков» не является окончательным решением. Оно отвлекает внимание и скромные ресурсы экспертов от настоящих проблем. Судя по всему, мы слишком увлекаемся разоблачением инициатив на разных уровнях, создавая в обществе ложные ожидания и впечатления о масштабах феномена. Как только фейковая новость выходит в свет, она начинает жить своей жизнью и моментально формировать восприятие простых читателей/зрителей. Мы разоблачаем фейк и анализируем его зачастую с большой задержкой, поэтому  остаемся в роли догоняющих и уже не можем повлиять на ход общественной дискуссии, изначально заданной вбросом ложной информации.
     
  2. Называя себя медиа-экспертами, многие журналисты узурпировали и замкнули на себе обсуждение враждебной пропаганды в обществе, усилив тем самым ошибочное впечатление, будто проблема дезинформации касается только СМИ, и решать ее можно силами самих СМИ. Все наоборот: борьба с дезинформацией может проходить успешно, только если этим занимается гораздо более широкий спектр экспертов: социальные психологи, специалисты по безопасности, политологи и социологи, историки, digital-аналитики и специалисты по «big data», знания и навыки которых должны быть адаптированы к специфике информационной войны.
     
  3. В странах Запада большое значение придается усилению роли гражданского общества, то есть возложению некоторых задач в сфере информационной безопасности на активных граждан. Конкретные предложения по работе с гражданским обществом включают в себя прохождение или проведение тренингов по общей медиа-грамотности, мониторинг социальных сетей,  аналитическую работу с открытыми источниками (OSINT), а также занятие гражданской расследовательской журналистикой. Однако существует риск переоценки действительной способности гражданского общества вносить эффективный вклад в борьбу с дезинформацией на должном уровне. Если мы обозначаем для гражданского общества четкие задачи по защите наших демократий, ожидая большой отклик и ответственность со стороны активных граждан, мы должны считаться с их уязвимостью, продумывая и предоставляя им более высокий уровень защиты.
     
  4. С практической точки зрения ключ к успеху в борьбе с дезинформацией находится на местном уровне, а не на глобальном. Враждебная пропаганда, как и стоящие за ней режимы, остаются очень оппортунистическими; они обычно атакуют цели на местном или региональном уровне, пользуясь существующими уязвимыми местами, т.е. результатами нашей собственной неспособности или нежелания решать какие-то проблемы в наших сообществах. Следовательно, действия должны планироваться, координироваться и совершаться на местном или региональном уровне вместе с партнёрами, перед которыми стоят такие же вызовы. Самый эффективный подход учитывает особенности страны или региона; соответственно, его не всегда возможно экстраполировать и применить ко всей Европе, не говоря о трансатлантическом пространстве в целом. Конечно, это не значит, что мы должны прекратить общение, совещания или оказание взаимопомощи на трансатлантическом уровне.

Мы слишком медленно создаем собственные здоровые и функционирующие экосистемы, которые могли бы выдавать собственный комплекс превентивных, противодействующих и сдерживающих мер. Эти экосистемы должны базироваться на мастерском владении практическими средствами, а также на компетенции многих профессионалов, менторов и активных граждан, которые могут давать быстрые и творческие ответы на дезинформацию.

Полномасштабное информационное наступление привносит в наши сообщества целый ряд враждебных нарративов. Это наступление должно быть отражено соответствующим способом, а не декларативными дискуссиями или мягкими мерами, ориентированными на мгновенные, но краткосрочные результаты. В далекой перспективе было бы крайне опрометчиво недооценивать корреляцию между дезинформацией и изменениями в моделях поведения некоторых социальных групп. Враждебность становится вредоносной на пересечении когнитивного, виртуального и реального миров, влияя на неподготовленных граждан, которые могут решиться на какой-то поступок – или, что более важно – наоборот, ничего не делать, когда это необходимо.

Поиск по тегам

Дмитрий Теперик дезинформация фейковые новости манипуляция информацией безответсвенная журналистика исследования СМИ

читать материалы схожей тематики