Источник иллюстрации: sputniknews.com

Как создавались и действуют институты информационной войны Кремля

30.07.2018

Через несколько дней после президентского саммита Трамп-Путин, на сайте государственного информационного агентства «Россия сегодня» появилась статья под горделивым заголовком «Россия победила США в информационной войне».

Ее автор Виктор Мараховский утверждает, будто США находятся в панике от того, что Россия «снова превратилась в сверхдержаву». Он называет США «последней империей», но Россию называть этим «нехорошим» словом не хочет. Хотя одним из главных признаков империи, еще со времен Рима, является тотальный политический централизм. И он сегодня свойственен именно кремлецентричной России, а не США с их множеством независимых институтов и свободно избираемых губернаторов.

Впрочем, здесь интереснее обратить внимание на тексты других, гораздо более значимых авторов, которые давно уже обосновали необходимость информационной войны России с западным миром.

1. «Информационный спецназ» (доктрина Панарина-Герасимова)

Рассмотрим две довольно фундаментальные статьи, опубликованные в российской газете «Военно-промышленный курьер». Первая из них вышла еще 10 лет назад, в 2008 году и принадлежит профессору Дипломатической академии МИД России Игорю Панарину.

Статья называется «Система информационного противоборства», и в ней этот, казалось бы, дипломат выступает в роли рьяного военного «ястреба». Тогда только что состоялось вторжение российских войск в Грузию, и Панарин сетует, что с информационной точки зрения Россия проиграла эту войну, поскольку Запад не понял и не поддержал фактический захват ею двух регионов другой страны под предлогом «принуждения к миру».

Панарин утверждает: «России необходимо восстановить свой потенциал механизма внешнеполитической пропаганды, который был основательно разрушен в 90-е годы… Впрочем, отрадно, что провал 90-х годов был осознан российским руководством. С приходом к власти президента В. Путина началось постепенное уверенное восстановление утраченных позиций. Ключевым шагом в этом направлении является создание в 2006 году спутникового телеканала Russia Today».

Однако для автора это не означает возрождение догматической и преимущественно оборонявшейся внешнеполитической пропаганды позднесоветской эпохи. Он проповедует совершенно иной метод – эта пропаганда должна быть наступательной и активно разрушать «вражеские» общества. Панарин вводит термин «информационный спецназ».

Он очень точно описал те методы информационной войны, которые впоследствии стал активно использовать канал RT в вещании на западные страны:

«Важным аспектом являются необдуманные, нескоординированные, неполные, подверженные двоякому толкованию комментарии происходящих событий… В этом случае неподготовленные выступления перед прессой, интервьюирование "на ходу", неопределенность формулировок в конечном итоге осложняют ситуацию, порождают слухи и недоверие к властям. Такая "информационная среда", кроме того, способствует дестабилизации обстановки в стране».

Вторая статья в этом издании, на которую хотелось бы обратить внимание, принадлежит еще более статусному автору – начальнику Генштаба ВС России Валерию Герасимову.

Она также довольно давняя, опубликована в 2013 году (т.е. еще за год до вторжения в Украину) и носит вроде бы совсем неагрессивное название – «Ценность науки в предвидении».

И статья действительно оказалась по-своему «пророческой». Генерал в ней развил и фундаментально обосновал те тезисы «информационного спецназа», которые пятью годами раньше изложил профессор Панарин. Вот, например, как он видит картину современной войны:

«Акцент используемых методов противоборства смещается в сторону широкого применения политических, экономических, информационных, гуманитарных и других невоенных мер, реализуемых с задействованием протестного потенциала населения. Все это дополняется военными мерами скрытого характера, в том числе реализацией мероприятий информационного противоборства и действиями сил специальных операций. К открытому применению силы зачастую под видом миротворческой деятельности и кризисного урегулирования переходят только на каком-то этапе, в основном для достижения окончательного успеха в конфликте».

Фактически, это именно то, что аналитики затем, наблюдая аннексию Крыма и события на Донбассе, назовут «гибридной войной». Однако начальнику российского Генштаба теория уже была известна заранее.  

Есть поговорка «генералы всегда готовятся к прошедшим войнам», но Герасимов ее, похоже, опровергает. Он стремится не превзойти противника сугубо военной силой (на чем в гонке вооружений надорвался СССР), но напротив – ослабить его неожиданными методами: «Информационное противоборство открывает широкие асимметричные возможности по снижению боевого потенциала противника».

Образно говоря, противника предлагается «не разбомбить, а хакнуть». И один из главных выводов статьи генерала: «Мы должны не копировать чужой опыт и догонять ведущие страны, а работать на опережение и самим быть на лидирующих позициях».

2. Создание перевернутой реальности, или от троллинга к астротурфингу

Описывая технологии современной российской информационной войны, многие авторы, помимо роли RT, указывают на феномен интернет-троллей, заполонивших дискуссии в популярных социальных сетях. Их главная миссия – как раз уничтожить собственно дискуссии, превратив их в бессмысленный взаимный «флейм».

Анна Полянская, Андрей Кривов и Иван Ломко еще в 2003 году, когда интернет еще только становился массовым явлением, написали исследование «Виртуальное око Старшего Брата», где выявили, что особо яростные пропагандисты кремлевской точки зрения в сети представляют собой не частных лиц, за которых они себя выдают, но вполне координируемую систему «веб-бригад».  

В течение 2000-х годов «кремлетроллинг» из инструмента сетевой войны с внутренней оппозицией постепенно превратился в международный феномен с гораздо более мощной технической базой. В октябре 2017 года РБК опубликовал довольно обстоятельное расследование «Как «фабрика троллей» поработала на выборах в США». «Фабрикой троллей» называют существующее и поныне в Санкт-Петербурге предприятие, владельцем которого является близкий Кремлю бизнесмен Евгений Пригожин. В ходе предвыборной кампании 2016 года в США «американский отдел» петербургской «фабрики» вел около  120 сообществ и тематических аккаунтов в Facebook, Instagram, Twitter и других социальных сетях. Их охват достигал 20–30 млн. подписчиков. Основным контентом были «остросоциальные темы», но, как утверждают расследователи, они не напрямую поддерживали Трампа, но как бы случайным образом ложились в его риторику против Хиллари Клинтон.

Для сетевых медиа-технологий это как раз наиболее эффективный подход – вместо прямой индоктринации используются заинтересовывающие, аттрактивные методы. А если добавить к интернет-активности еще и проведение всевозможных акций и флешмобов «в реале», в результате получится действительно впечатляющий пример вмешательства одного государства в выборы в другом. Заявления путинского пресс-секретаря Дмитрия Пескова о том, будто бы в Кремле «ничего не знают» о петербургской «фабрике троллей», выглядят, конечно, совершенно смехотворными. Это все равно, как утверждать, будто RT – абсолютно независимое от Кремля медиа, потому что в России существует свобода слова.

Системный троллинг как инструмент информационной войны перерастает в качественно иное явление – астротурфинг. Хотя оно существует давно, на опасность его использования в интернете обратила внимание газета The Guardian в 2011 году. Название происходит от марки ярко-зеленой искусственной травы (Astro Turf), которая противоположна естественной, «растущей снизу», обладающей своими grassroots. Астротурфинг – это технология создания фиктивного «общественного мнения», имитация «массовой поддержки» с помощью многочисленных фейковых сообщений, замаскированных под «мнения реальных лиц». Этот массированный поток сбивает с толку и подавляет людей, заставляет многих с собой соглашаться. Так возникает своего рода перевернутая реальность.

Этот метод с 1970-х годов использовался некоторыми западными маркетологами и отчасти политтехнологами, но в полной мере оказался воспринят путинским Кремлем, который развернул его против Запада как такового. Что, впрочем, исторически не ново – достаточно вспомнить большевиков, которые превратили европейский по своим истокам марксизм в новое российско-имперское орудие против Европы.    

Путинская Россия – это страна абсолютно победившего астротурфинга, тотальной «искусственной реальности». Там формально существует множество партий, но зарегистрировать реально оппозиционную – невозможно. Также формально существуют губернаторские выборы – но побеждают на них исключительно кремлевские назначенцы. В этой иллюзии всеобщего единства вокруг несменяемого царя те, кто ее не разделяет – это не сограждане со своими взглядами, а враги, против которых ведется информационная война.  

3. Где готовят солдат информационной войны, а также об их основном учебнике

Судя по интересу к этой теме начальника российского Генштаба, соответствующие кафедры давно уже существуют в военных университетах. Однако в открытом доступе их найти трудно. Тем не менее, даже вполне открытый сайт для абитуриентов предлагает «список вузов, в которых можно получить профессию Специалиста по информационной борьбе».

В своей вышеупомянутой статье профессор Панарин был более откровенен, обрисовывая (даже иерархически) «Систему подготовки кадров для ведения информационного противоборства. Необходимо определить основные вузы для многоуровневой подготовки специалистов – Дипломатическая академия МИД России, РАГС – руководители, высший уровень управления. Средний уровень управления – МГУ, ВШЭ, МГИМО».

При желании, можно найти данные об основном учебнике для этого «информационного спецназа». На сайте Федерального агентства новостей есть публикация 2015 года с очень говорящим заголовком: «Как Россия сражается в информационной войне, или Почему у Госдепа кишка тонка».  

Там говорится о «закрытом информационно-аналитическом бюллетене «Российский вектор», который рассылается высшему руководству Российской Федерации и «лицам, принимающим решения».

Он прямо именуется «российским органом информационной войны с Западом». Бюллетень выпускается Российским институтом стратегических исследований (РИСИ), который напрямую подчинен администрации президента России. В 2017 году агентство Reuters опубликовало расследование, где утверждалось, что именно через РИСИ осуществлялось вмешательство Кремля в американские выборы.

В любом случае, выглядит довольно символичным, что издание ведущего кремлевского think-tank откровенно называет себя «органом информационной войны». Видимо, это уже устоявшийся «вектор» текущей российской политики. Поэтому в финале напомним лишь урок истории – именно нагнетание воинственности империи дважды в ХХ веке приводило к ее распаду.

Автор: Вадим Штепа

Поиск по тегам

фабрика троллей гибридная война доктрина Панарина-Герасимова Информационный спецназ США веб-бригады астротурфинг информационная война Вадим Штепа социальные сети информационное влияние Россия пропаганда троллинг Украина

читать материалы схожей тематики